Дума готова защищать адвокатов

Депутаты Госдумы одобрили сегодня в первом чтении президентский законопроект, который усиливает независимость адвокатов в уголовном процессе, чтобы возможности сторон обвинения и защиты в состязательном процессе были сбалансированы и любой обвиняемый имел бы более прочные гарантии на качественную правовую защиту. Концепция законопроекта была одобрена единогласно, хотя коммунисты остались недовольны, решив, что иммунитет адвокатов теперь станет прочнее депутатской неприкосновенности.

Депутаты Госдумы одобрили сегодня в первом чтении президентские поправки в статьи Уголовно-процессуального кодекса, в которых регламентируется деятельность адвокатов, а также действия следственных органов в отношении тех адвокатов, которые подпали под уголовное преследование. Как сообщил депутатам полпред президента в Госдуме Гарри Минх, законопроект был разработан по итогам состоявшегося в октябре 2015 года заседания президентского Совета по правам человека, на котором обсуждались проблемы качественной защиты граждан в суде, в том числе, препятствия, с которыми сталкиваются адвокаты.

Потому главная цель законопроекта в «создании гарантий, которые бы обеспечили большую независимость адвокатов в уголовном процессе», уточнил господин Минх и перечислил эти гарантии. Прежде всего, по его словам, отменяется «разрешительный порядок допуска адвокатов участию в уголовном деле». Действующий УПК формально и сейчас не ставит никаких предварительных условий адвокату на допуск к делу, в котором он согласился быть защитником. «Адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера», как сказано в ч. 4 ст. 49 УПК. Но термин «допускается» в этой статье следователи на практике трактуют как обязательное разрешение, которое адвокат обязан получить у них. Теперь адвокат «будет вступать в дело, по сути, автоматически по предъявлении удостоверения адвоката и ордера», заявил Гарри Минх.

Кроме того, «адвоката по назначению», то есть защитника, которого государство обязано предоставить любому подозреваемому или обвиняемому, предоставлять теперь будут по-прежнему правоохранительные органы, но в порядке, который будут устанавливать органы адвокатского самоуправления. На практике, особенно в тех случаях, когда подозреваемый не имеет возможности нанять «адвоката по соглашению», правоохранители рекомендуют ему защитника «из своих, из тех, кто рядом», сообщил Гарри Минх, уточнив, что подобная практика не всегда гарантирует качественную защиту, которая реальна лишь при доверительных отношениях между адвокатом и подзащитным.

На защиту доверительных отношений, предполагающих их конфиденциальность, направлена еще одна «новелла» в УПК. Все доказательства, которое следствие получит «путем изъятия из производства адвокатов по делам его доверителей», будут считаться недействительными. Иными словами, суд не будет учитывать те доказательства, которые следователи получат за счет конфиденциальной информации, изъятой из материалов, собранных адвокатом.

В связке с этой «новеллой» президентского законопроекта еще одна, которая прописывает специальный порядок проведения обыска в помещениях адвоката. Обыск можно будет проводить только решением суда, и только в отношении того адвоката, который подозревается в совершении уголовного преступления. При этом во время обыска следователи получат доступ только к документам и предметам, имеющим непосредственное отношение к тому преступления, в причастности к которому подозревается адвокат. При обыске нельзя «изымать адвокатское досье целиком», недопустима также «фотографирование досье, видеозапись или иная его фиксация», подчеркнул Гарри Минх. А чтобы этот запрет строго соблюдался, обыски в помещении того или иного адвоката можно проводить лишь в присутствии представителя «палаты адвокатов данной территории», как предписывает законопроект.

В силу всего этого Гарри Минх призвал депутатов одобрить в первом чтении законопроект, который «повысит конституционные гарантии права граждан на защиту от обвинения». Ведь иногда, по его словам, «сторона обвинения злоупотребляет своими возможностями». Глава думского комитета по госстроительству Павел Крашенинников тоже рекомендовал коллегам одобрить законопроект, пообещав как можно быстрее подготовить его ко второму чтению.

Против законопроекта не стала возражать ни одна фракция. Лишь у коммунистов возникли замечания, которые они потребовали учесть при подготовке проекта ко второму чтению. В частности, первый зампред комитета по госстроительству Юрий Синельщиков сомневается, что новые нормы обеспечат адвокату «автоматический допуск к участию в деле». Ведь для допуска ему нужно предъявить «удостоверение адвоката и ордер». А ордер в адвокатской палате «он получит только после того, как заключит договор со своим доверителем (будущим подзащитным.— “Ъ”)». Но если «доверитель» находится в СИЗО, то адвокату для заключения договора потребуется с ним свидание, «а для свидания нужен ордер», заключил господин Синельщиков, предложив ко второму чтению снять эту коллизию. Правки, по мнению коммуниста, требуют и те «новеллы», которые усиливают защиту адвокатов: «Иммунитет адвокатов буде шире, чем иммунитет депутата Госдумы или судьи». И вообще господин Синельщиков считает, что все новые меры защиты «рассчитаны на добросовестных адвокатов». Поэтому он попросил полпреда президента привести «статистику адвокатов, привлеченных к уголовной ответственности, в том числе привлеченных незаконно».

Гарри Минх, сославшись на информацию Следственного комитета Росси и Минюста, сообщил, что, к примеру, в 1913 году по всей стране против адвокатов было возбуждено 216 дел, в суд было передано 68 дел, а осуждены — только 42 адвоката. «Коэффициент один к пяти»,— подсчитал господин Минх. В 2014 году «в суд были направлены дела в отношении 52 адвокатов, осуждено — 47», в 2016 «возбуждено 59 дел, из которых 21 — направлено в суд, где девять было прекращено». «Каждый орган решает свои задачи,— подытожил полпред президента.— Следственные структуры возбуждают уголовные дела, и они проходят по их статданным как дела, по которым адвокаты привлечены к уголовной ответственности, а на выходе мы видим совсем другие данные». Заодно Гарри Минх сообщил, что в России «количество адвокатов — более 72,5 тыс.», чем подтвердил добросовестность адвокатского сообщества в целом.

Виктор Хамраев