Подстрекательство и пособничество в незаконном освобождении от уголовной ответственности

Здесь мы рассмотрим одно из самых противоречивых, спорных оснований уголовной ответственности адвоката, одно из наиболее «нераспознаваемых» преступлений. Казалось бы, не может быть сомнений в том, что в любой ситуации стремление к прекращению уголовного преследования и уголовного дела в отношении подзащитного есть естественная и правомерная цель каждого адвоката, чаще всего лучший результат его участия в уголовном деле.

Нет, и не может быть иного мнения о том, что любые, не запрещенные законом действия адвоката по защите подозреваемого, обвиняемого являются правомерными, более того — обязательными, поощряемыми, даже если защитник осознает, что на самом деле его клиент виновен в совершении преступления и заслуживает наказания. Это безусловное положение охраняется всей системой законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре. Как же в таком случае можно говорить о соучастии защитника в незаконном освобождении от уголовной ответственности?

Попробуем все-таки максимально непредвзято рассмотреть этот вопрос.

С объективной стороны данное преступление выражается в принятии решения об освобождении от уголовной ответственности подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления при отсутствии к тому предусмотренных законом оснований (гл. 4 УПК РФ).

Преступление окончено с момента подписания уполномоченным должностным лицом соответствующего постановления, с указанием об освобождении от уголовной ответственности подозреваемого или обвиняемого (по одному из оснований, предусмотренных ст. 24-28 УПК РФ).

Особое значение здесь имеет содержание субъективной стороны преступления, которое может быть совершено только при наличии прямого умысла в действия следователя, прокурора, дознавателя и др. Должностное лицо осознает, что подписывает постановление, которое освобождает лицо от уголовной ответственности, притом, что оно реально виновно в совершении преступления. Субъект понимает, что при этом грубо нарушает требования уголовного и уголовно-процессуального закона об основаниях и порядке освобождения от уголовной ответственности. Преступным будет деяние и тогда, когда подозреваемый, обвиняемый освобождается от уголовной ответственности по нереабилитирующему основанию (п. 3 ч. 1 ст. 24, ст. 25, 26, 28, п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ и др.), в то время когда для этого нет необходимых оснований (преступление не той категории, не истекли сроки давности и т.п.) и эти обстоятельства осознаются следователем без всяких сомнений.

Представляется, что преступным будет и такое освобождение от уголовной ответственности, когда внешне, процессуально, это решение принято законно и обосновано, но оно стало результатом предшествующих умышленных незаконных действий: фальсификации доказательств, уничтожения предметов и документов, принуждения к даче показаний и т.п.

В деянии должностного лица не будет состава данного преступления, если оно принимает неправомерное решение об освобождении от уголовной ответственности по ошибке, ввиду неправильной оценки совокупности доказательств, в результате добросовестного заблуждения или если оно сомневалось в правильности своего решения, и обвиняемый был освобожден от ответственности по принципу: «Все неустранимые сомнения в пользу обвиняемого» (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ).

С учетом изложенного, подстрекательство и пособничество адвоката в незаконном освобождении от уголовной ответственности будет преступным при наличии двух обязательных условий:

1) если защитник подстрекает, содействует данному решению незаконными, непроцессуальными средствами, например, путем преступного вмешательства в деятельность субъекта расследования (ч. 2 ст. 294 УК РФ (гл. 4.2.1)), путем дачи взятки (ст. 291 УК РФ (гл. 4.2.16)), шантажа и т.п.;

2) если при этом он осознает, что своими незаконными действиями подстрекает, способствует должностному лицу в принятии заведомо, бесспорно для обоих незаконного решения.

То есть соучастия в преступлении, предусмотренном ст. 300 УК РФ, не будет, если защитник действует:

1) незаконными методами, но при этом субъективно, возможно ошибочно полагает, что добивается принятия законного решения об освобождении от уголовной ответственности;

2) добивается заведомо для него незаконного решения об освобождении, но идет к цели с применением законных, процессуально и этически допустимых средств и методов защиты (ходатайства, жалобы, собирание оправдательных доказательств и т.д.);

3) незаконными методами, осознает, что добивается принятия незаконного решения, но полагает, что он обманывает следователя, думает, что следователь прекращает дело по ошибке, ввиду слабой квалификации и т.д.

Последнее утверждение основано на анализе определения соучастия.

Напомним, им является умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления (ст. 32 УК РФ). То есть оба соучастника, и адвокат и следователь, должны совместно и умышленно стремиться к незаконному освобождению обвиняемого от ответственности.

Примеров подстрекательства к незаконному освобождению в практике предостаточно. Так, «вовлеченный» адвокат предлагает взятку следователю за то, чтобы тот заведомо незаконно прекратил дело в части, в отношении одного из обвиняемых по групповому делу. Оба юриста понимают, что это явно для них незаконное решение может быть отменено надзирающим прокурором, стать достоянием «широкой общественности» и т.д.

Поэтому в большинстве случаев оба соучастника тщательно маскируют совершаемое преступление. Вот основные способы маскировки:

1) из дела изымаются важные документы, уничтожаются либо фальсифицируются доказательства обвинения (ст. 292, 303, 325 УК РФ и др.);

2) в ходе расследования умышленно допускаются процессуальные нарушения, влекущие признание недопустимыми важных обвинительных доказательств;

3) по делу сознательно допускается неполнота, односторонность, характерно низкое качество расследования. Именно поэтому иногда коррумпированные руководители правоохранительных подразделений, желая «похоронить» определенное уголовное дело, под различными предлогами забирают его у опытного, принципиального следователя и передают его заведомо неопытному, неквалифицированному, но зато лояльному. «Неудачу» расследования легко списать на «плохих подчиненных»;

4) фабрикуются, фальсифицируются доказательства защиты, организуется дача ложных показаний свидетелями, потерпевшими, ложные экспертные заключения и т.д.;

5) допускается заведомо неверная оценка доказательств с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности;

6) используется заведомо неверное толкование уголовного закона или бланкетного законодательства, особенно по делам об экономических, служебных и иных сложных в квалификации преступлений, где много противоречий, как на уровне следственной практики, так и на уровне доктрины, но при этом мало или вообще нет актов судебного толкования и др.

В дополнении к этому при необходимости используются разнообразные методы воздействия на вышестоящих должностных лиц, надзирающих прокуроров, в чьей компетенции находится контроль и надзор за законностью расследования, с тем, чтобы принятое заведомо незаконное решение «устояло», т.е. не было отменено.

Недобросовестные адвокаты часто подстрекают следователей, прокуроров, дознавателей к принятию преступного решения путем шантажа, угроз, иного психического насилия, особенно в отношении молодых, неопытных, неквалифицированных должностных лиц. То есть далеко не всегда используется подкуп. В ход идут общие знакомые, друзья, давление через родственников и т.п.

Если говорить о другом виде соучастия — о пособничестве в незаконном освобождении от уголовной ответственности (ч. 5 ст. 33 и 300 УК РФ), то необходимо особо отметить, что адвокат, на наш взгляд, не может быть привлечен за пособничество в форме бездействия в анализируемом преступлении. Если даже он осознано ничего не делал и подзащитный незаконно освобожден — его поведение не наказуемо. Нужно признать, что и в форме действия факты пособничества в этом преступлении встречаются реже, нежели факты подстрекательства, и их правовая оценка достаточно сложна и неоднозначна.

В случае пособничества, как и по ранее описанному преступлению, инициатива находится в руках следователя. У того может быть масса причин к совершению этого преступления. Это и личные интересы, и просьбы вышестоящего руководства, других влиятельных лиц, и подкуп со стороны заинтересованных лиц, в данном случае, совершенный помимо, в обход адвоката, т.е. дача взятки «напрямую» должностному лицу.

Своеобразным примером может служить и незаконное прекращение уголовного преследования в отношении лица, которое оказывало, либо якобы оказывало, содействие следственным органам, а чаще оперативно-розыскным подразделениям в их окруженной строгой тайной работе. То есть бывает так, что к следователю подходит оперуполномоченный, а то и руководитель оперативно-розыскного подразделения, и просит каким-либо, но подразумевается что незаконным образом, освободить от ответственности конкретное «содействующее» лицо.

В Законе «Об ОРД» в общем-то, существует норма, позволяющая освободить от уголовной ответственности лицо из числа членов преступной группы, совершившее противоправное деяние, не повлекшее тяжких последствий, и привлеченное к сотрудничеству с органом, субъектом ОРД, активно способствовавшее раскрытию преступлений, возместившее нанесенный ущерб или иным образом загладившее причиненный вред (ч. 4 ст. 18 Закона «Об ОРД»). Но возможно это только в соответствии с законодательством РФ, т.е., как правило, по нереабилитирующим основаниям при соблюдении определенных условий (ст. 26, 28 УПК РФ и др.).

Иногда, под прикрытием «интересов дела», такие условия и основания нарушаются. Часто сами следователи и оперативники создают видимость законности прекращения с использованием вышеперечисленных способов маскировки. Адвокат будет пособником такого преступления только в том случае, если он принимает активное участие в этих способах маскировки, т.е. в создании условий для незаконного освобождения от уголовной ответственности. Он может подговорить подзащитного, других лиц к даче заведомо ложных показаний, собрать фиктивные оправдывающие доказательства и т.п. При этом делать ему все это весьма легко. Он почти ничем не рискует. Ведь он применяет незаконные средства защиты «с санкции», «под крышей» должностных преступников, лишь содействуя их планам, а за это еще и получает деньги.

Ю. П. Гармаев

http://kalinovsky-k.narod.ru/b/garm2005/04-2.htm

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.