Игра в «Царя горы»

Адвокат Талантов Дмитрий Николаевич

Продолжает накаляться ситуация, связанная с внесением в Государственную Думу ФС РФ проекта Федерального закона № 273154-7 «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты». Инициатором законодательной инициативы явился председатель Комитета ГД ФС РФ по государственному строительству и законодательству, председатель Ассоциации юристов России (АЮР) Павел Крашенинников.

Инициатива вызвала не только резкую и беспрецедентную по тону критику со стороны руководителей Федеральной палаты адвокатов РФ (ФПА) (вплоть до обращенного к П.Крашенинникову предложения распрощаться с одним из своих постов!), но и поражающую своими темпами и степенью организованности «контроперацию», целью которой, по всем признакам, является если не развал, то, по крайней мере, такая степень ослабления АЮР, которая дискредитировала бы эту организацию до уровня ее фактической недееспособности.

По убеждению руководства ФПА, замысел внесенного в Госдуму законопроекта, состоит в том, что именно возглавляемой Павлом Крашенинниковым Ассоциации юристов России по законопроекту отводится роль оператора и бенефицианта предстоящей реформы.

Напомню, что суть реформы сводится к закреплению права на судебное представительство за любым гражданином, имеющим высшее юридическое образование и сдавшего профессиональный экзамен в некой «общероссийской общественной организации граждан, которые имеют юридическое образование».

По мнению руководства ФПА (разумеется, отнюдь не беспочвенному) таковой организацией, по стратегии инициаторов законопроекта, должна стать именно АЮР.

Понятное дело, что все это в корне противоречит лоббируемой руководством ФПА, а теперь имеющей сомнительную перспективу концепции так называемой «адвокатской монополии», суть которой сводится к незатейливой идее наделения правом на судебное представительство исключительно тех юристов, которые приобретут адвокатский статус.

Именно в указанном контексте следует понимать череду заявлений и решений, принятых на организованных ФПА на прошедшей неделе мероприятиях. На заседании Совета ФПА РФ Вице-президентом ФПА РФ Геннадием Шаровым был поставлен «вопрос о выходе адвокатов из АЮР и предложено вынести его на голосование» (цитируется по сайту ФПА буквально).

Этому предшествовало заявление Исполнительного вице-президента ФПА Андрея Сучкова о том, что «недружественный шаг» П.Крашенинникова «должен стать предметом обсуждения в нашей корпорации, в том числе с постановкой вопроса о выходе адвокатов из состава АЮР» (тот же источник).

Подобные заявления не могут не шокировать. Согласно Устава АЮР, членами этой организации являются не только юридические лица, но и граждане, имеющие юридическое образование, в том числе адвокаты.

Согласно ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» ФПА РФ объединяет отнюдь не адвокатов, а адвокатские палаты субъектов федерации. Из сказанного понятно, что адвокаты не являются приписанными к «военным поселениям» служивыми холопами — они вправе самостоятельно определять свое членство в тех или иных общественных объединениях.

Известные «правила жанра» позволяют усомниться, что приведенные высказывания могли возникнуть спонтанно, без предварительного их согласования с Президентом ФПА Юрием Пилипенко. Ну что тут скажешь…

Подобное отношение к членам адвокатского сообщества накрепко монтируется с высказанной Президентом ФПА на последнем Всероссийском съезде адвокатов программной установкой: «Может быть, стоит потихонечку ориентировать адвокатское сообщество, что свобода в этой жизни не самое главное»? Заявление, которое, по остроумному суждению одной из участниц виртуального обсуждения темы, не сделало бы чести даже руководителю номерного учреждения УФСИН.

Первый вице-президент ФПА РФ Евгений Семеняко предложил продумать шаги, которые необходимо предпринять, чтобы не допустить реализацию предложенной П.Крашенинниковым законодательной инициативы.

Мотивация Е.Семеняко на сей раз не сводилась исключительно к известному набору аргументов о том, что только принадлежность к адвокатской корпорации позволяет рассчитывать на должное качество оказываемой юристом помощи.

Евгений Васильевич заявил, что в законопроекте просматривается «определенный коммерческий интерес», поскольку он содержит положения, наделяющие «общероссийскую общественную организацию граждан, которые имеют юридическое образование», правом принимать «профессиональный экзамен по юридической специальности» у лиц, получивших юридическое образование за рубежом, а также аккредитовывать иностранные организации для ведения гражданских и административных дел в судах и дел в арбитражных судах.

Однако, коммерческая жилка, по всей видимости происходящего, свойственна не только авторам законопроекта… По замыслу противников выдачи лицензий АЮРом, массовый выход адвокатов из этой организации должен привести к столь же массовому и организованному их «заходу» во вновь созданную по инициативе ФПА организацию – ОПЮР (Объединение практикующих юристов России), съезд которого запланирован на весну 2018 года.

Схема понятная даже несмышленышу. Укрепление организации-клона с похожим на конкурента названием по факту создает угрозу перехвата инициативы лицензирования. И, ясное дело (уж простите за «ясновидение»), – в случае неожиданного успеха задуманного также не без обременения коммерческим интересом.

То есть, по факту, провоцируется именно та ситуация, об опасности которой заявил еще один Вице-президент ФПА Николай Рогачев: «Ассоциация юристов России – не единственная общественная организация граждан, имеющих высшее юридическое образование. После принятия подобного закона вокруг аккредитации может возникнуть ненужный накал страстей».

Впрочем, это не единственная причина, по которой, на месте руководства ФПА, не стоит слишком усердно педалировал доводы «коммерческого интереса» авторов законопроекта.

Напомню, что совокупный размер компенсационных взносов за организацию экзамена на статус адвоката и взноса первого месяца в средней региональной палате адвокатов составляет порядка 70.000 рублей.

Я вовсе не собираюсь спорить с цифрами, а тем более не ставлю под сомнение принципиальную необходимость тех или иных отчислений, связанных с допуском к профессии. Но сомнение в том, что «плата за лицензирование» хотя бы отдаленно приблизится к названной цифре, выразить обязан.

Более того, элементарный арифметический подсчет показывает, что совокупные взносы адвокатов (не считая приведенные выше цифры) по России составляют порядка 70 – 90 миллионов рублей в месяц. Или порядка миллиарда в год. Какие-никакие, а тоже деньги, не так ли? И суммы эти, в случае успеха проекта адвокатской монополии, возрастут кратно. Это я о том, что бесплатно только птички поют.

Только не нужно напоминать мне, что собранные с адвокатов деньги расходуются исключительно на цели функционирования института адвокатуры. Ну, конечно же, именно так, и никак иначе! Но авторы законопроекта тоже едва ли заявят, что намерены спустить лицензионные деньги на цыган и шампанское.

Я это все пишу к тому, что прежде чем приводить те или иные доводы, нужно крепко подумать, как они будут восприняты, и в чью пользу будут свидетельствовать. Азбучная, вообще-то для адвокатов истина…

На информационном портале «Право.Ru» проводится опрос по теме: «Одобряете ли вы «профессиональную монополию в виде, который предложил Крашенинников». К настоящему времени в голосовании приняло участие более 12-ти с половиной тысяч человек. Цифра, позволяющая говорить о репрезентативности опроса.

Среди голосующих, разумеется, немало адвокатов. И вот промежуточные результаты. Предложенную Павлом Крашенинниковым реформу одобряет 28% от числа проголосовавших. Следующая по рейтингу позиция — 26% проголосовавших — за простую идею допуска в суды по диплому, без всякой аккредитации. А вот за другие виды монополии, в том числе монополию адвокатскую, высказалось лишь 5% опрошенных.

Очевидно, что эти цифры для адептов идеи «адвокатской монополии» весьма неутешительны. Возьму на себя смелость заявить – в числе прочих причин, это прямое следствие проводимой в последние годы руководством ФПА политики.

Я крайне ценю любые усилия ФПА, направленные на повышение качества оказываемой адвокатами юридической помощи, или на модернизацию, так сказать, «операционного облика» корпорации. Но не это в трендах обсуждений, и, увы, не это определяет лицо адвокатуры в глазах людей.

Какую реакцию юридического сообщества и вообще граждан ожидало руководство адвокатуры на сочетание двух овладевших ей идей фикс: с одной стороны – фактического запрета на профессию вне адвокатского статуса (с точки зрения права на судебное представительство), а с другой – всех этих новаций по распространению контроля органов адвокатуры за пределы сугубо профессиональной деятельности адвокатов, неуклюжих попыток фактического ограничения внутрикорпоративной критики и даже запрета обжалования решений о лишении адвоката статуса в суд? Простите, но при упоминании выражения «адвокатская монополия» люди начинают нервно вздрагивать.

При этом все прекрасно понимают, что существующие правовые реалии не дают рядовым адвокатом ни малейшего шанса влиять на вопросы т.н. «выборов» руководства ФПА и большинства региональных палат. Может быть, в этом смысле «адвокатская монополия» уже состоялась?

И еще. Нужно честно рассказывать о реальных последствиях «адвокатской монополии» в ее крайнем, «мечтательном» проявлении.  В том числе для самих адвокатов и для правосудия. Вот говорят – адвокатская монополия повысит качество судебного представительства. Всегда ли?

Возьмем уголовное судопроизводство. Если после неизбежного увеличения числа адвокатов (если не на порядок, то, по крайней мере, в разы) право на участие в уголовном процессе получат множество юристов, до той поры не имевших об уголовном процессе ни малейшего представления, это вряд ли повысит его качество.

Зато неизбежно произойдет другое. Масса молодых, амбициозных, однако не отягощенных опытом, знаниями и представлениями об этическом компоненте профессии новобранцев запросто вытеснят из нее многих и многих ныне практикующих коллег.

Ну, хотя бы потому, что в конкурентном наборе качеств, необходимых для «борьбы за клиента», знания и порядочность, в силу ментальных особенностей многих наших доверителей, либо вообще не оцениваются, либо стоят в самом конце списка.

В общем, я призываю оценивать ситуацию с точки зрения интересов т.н. «рядовых адвокатов». И вообще, как говорил в известном фильме товарищ Саахов, «не путать свою личную шерсть с государственной».

Наверное, идея «адвокатской монополии» имеет право на жизнь. Но лишь при условии возвращения к демократическим принципам функционирования адвокатуры, подразумевающим возможность формировать ее выборные органы, вести честный и открытый разговор на равных, а самое главное – без попыток смены ценностных ориентаций адвокатов (например, со свободы на нечто противоположное).

К чему и призываю.

Президент АП Удмуртской Республики, Первый вице-президент Гильдии Российских адвокатов Д.Талантов

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.