Контроль и запись переговоров

Следственное действие или тактическая операция?

20533391Одной из тенденций развития криминалистики на современном этапе является разработка тактики законодательно закрепленных в последние годы новых следственных действий. Одним из таких действий является  «контроль и запись переговоров» (ст.186 УПК РФ). В соответствии с пунктом 14-1  статьи 5 УПК РФ контроль телефонных и иных переговоров – это прослушивание и запись переговоров путем использования любых средств коммуникации, осмотр и прослушивание фонограмм.

Совершенно очевидно, что разработка тактики каких-либо следственных действий невозможна без осмысления содержания этих действий. Вместе с тем, анализ содержания действий субъектов правоохранительной деятельности при осуществлении контроля и записи переговоров, регламентированный ст. 186 УПК РФ, по нашему мнению, позволяет усомниться в том, что  контроль и запись переговоров можно с полной уверенностью отнести к категории следственного действия. Попытаемся обосновать свою позицию.

Прежде всего, следует отметить, что уголовно-процессуальный закон не содержит определения понятия следственного действия. В имеющейся         же   научной  и  учебной  литературе  [1]  в обобщенном  виде оно определяется следующим образом: «Следственные действия – это производимые в строгом соответствии с законом процессуальные действия, направленные на собирание и исследование доказательств».

Таким образом, чтобы какое-либо действие носило характер следственного действия оно должно соответствовать следующим требованиям: а) представлять собой процессуальную форму осуществления деятельности; б) быть направленным на поиск, получение, исследование и использование доказательств на стадии предварительного расследования преступлений.

Вместе с тем, если говорить о процессуальной форме осуществления деятельности при осуществлении контроля и записи  переговоров, необходимо обратить внимание на содержание части 4 статьи 186 УПК РФ. В ней сказано: «Постановление о производстве контроля и записи телефонных и иных переговоров направляется следователем для исполнения в соответствующий орган».

 В законе не разъясняется, какой именно орган является соответствующим. Однако на практике, учитывая специфичность деятельности по организации и техническому обеспечению контроля и записи переговоров посредством использования оперативно-технических  сил и средств, их проведение, как правило, поручается подразделениям специальных технических мероприятий  органов федеральной службы безопасности и органов внутренних дел. Обеспечение контроля и записи телефонных переговоров обычно производится негласно в рамках оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», предусмотренного статьей 6 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Таким образом,  совершенно очевидно, что в ходе осуществления контроля и записи переговоров и получения соответствующих доказательств в виде протокола осмотра носителя фонограммы и ее прослушивания, а также вещественного доказательства (носителя фонограммы) используется комплекс процессуальных, следственных и оперативно-розыскных мероприятий.

Чтобы решить, что же на самом деле  представляет собой контроль и запись переговоров, необходимо, прежде всего, проанализировать  содержание статьи 186 УПК РФ в полном объеме. Данная статья УПК предусматривает, что контроль и запись переговоров включает в себя сочетание следующих мероприятий.

1. Организационно-подготовительные процессуальные действия:

  • вынесение постановления о производстве и записи телефонных и иных переговоров;
  • получение разрешения на производство прослушивания и звукозаписи переговоров (письменного заявления) от лиц, указанных в части 2 рассматриваемой статьи, либо судебного решения;
  • направление постановления о производстве и записи переговоров для исполнения  в соответствующий орган.

2. Непосредственное осуществление прослушивания и звукозаписи переговоров уполномоченными на то органом (органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность).

3. Истребование следователем от органа, осуществляющего контроль и запись переговоров,  фонограммы для осмотра и прослушивания.

4. Осмотр и прослушивание следователем фонограммы, составление протокола об этом.

5. Вынесение постановления о признании фонограммы вещественным доказательство и  приобщение ее к материалам уголовного дела.

Здесь речь не идет о неких комбинированных «оперативно-следственных» действиях. Такой комплекс следственных, оперативно-розыскных, организационно-подготовительных и иных действий, проводимых по единому плану и направленных на решение отдельных промежуточных задач, подчиненным общим целям расследования уголовного дела, в криминалистике определяется как тактическая операция [2]. В структуре  контроля и записи переговоров все перечисленные выше действие и мероприятие как элементы структуры являются самостоятельными и незаменимыми, а их последовательность – жестко определенной.

Таким образом, учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод, что контроль и запись переговоров, скорее всего, носит характер тактической операции, а не отдельного следственного действия.

С процессуальной точки зрения в данной тактической операции значимо только одно входящее в ее структуру следственное действие — следственный осмотр предметов и документов (в данном случае  — прослушивание и осмотр фонограммы).

Прослушивание и запись переговоров, как оперативно-розыскное мероприятие и элемент структуры  тактической операции, создает условия, обеспечивающие достижения ее целей. Такими целями являются получение доказательства по делу либо ориентирующей следователя информации.

При этом следователь непосредственно не проводит и не участвует в прослушивании и записи переговоров, не определяет методы и средства осуществления данного оперативно-розыскного мероприятия. Следователь и лицо, осуществляющее прослушивание, действуют строго в своей компетенции и своими, присущими только им, методами.

В отличие от тактических операций «основное содержание следственных действий  составляют тактические приемы и психологические правила их оптимального применения»[3].

О каких-либо тактических приемах и психологических  правилах при осуществлении контроля и записи переговоров можно говорить лишь применительно к каждому из перечисленных  мероприятий в отдельности.

Так,  например, следователь будет применять те или иные тактические приемы только после получения результатов прослушивания и звукозаписи переговоров при осуществлении такого следственного действия, как  прослушивание и осмотр фонограммы, входящего в структуру тактической операции. Все остальные указанные выше действия следователя представляют собой принятие решения о прослушивании и записи переговоров, получение разрешения суда и направление постановления органу, который будет проводить это мероприятие.  То есть, по сути, они сводятся лишь к принятию тактических решений, но не к действиям, при производстве которых применяются те или иные тактические приемы.

Лицо, которому будет поручено непосредственное осуществление прослушивания и звукозаписи, в свою очередь, использует тактические приемы, направленные на правильный выбор места прослушивания, места установки соответствующей аппаратуры и т.д.

Кроме того, основным средством фиксации любого следственного действия служит протокол следственного действия (ст. 166 УПК РФ).  В протоколе  удостоверяется факт проведения следственного действия, обстоятельства и факты, установленные в процессе его проведения. Однако, как ни странно, законодатель, включив «контроль и запись переговоров» в систему следственных действий, в статье 476 УПК РФ не предусмотрел типовой бланк протокола данного следственного действия. При этом ссылка, содержащаяся в статье 475 УПК РФ, предусматривающей, что при отсутствии требуемого процессуального документа в перечне бланков процессуальных документов, указанный документ составляется с соблюдением структуры аналогичного бланка, в данном случае не может быть использована, т.к. аналогичные бланки просто отсутствуют.

Единственным документом, исходя из положений ст. 186 УПК РФ, который на самом деле  имеет доказательственное значение, является протокол прослушивания и осмотра фонограммы записи переговоров. Но прослушивание и осмотр фонограммы — это отдельное самостоятельное следственное действие.

В пользу  рассматриваемой позиции, по нашему мнению, свидетельствует и тот факт, что все попытки авторов, пытающихся так или иначе изложить тактические особенности проведения контроля и записи переговоров, сводятся по существу лишь к изложению их процессуальной регламентации в    ст. 186 УПК РФ.

anatolysidorov.ru

Как не стать легкой добычей оперов, следователей, прокуроров и судей

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.