Столкновение норм уголовного и арбитражного процессов

Поиск диалектики по налоговым делам

Непреодолимые препятствия для уголовного преследования «налоговых» преступников

Федеральным законом от 29 декабря 2009 года №383-ФЗ «О внесении изменений в часть первую НК РФ и отдельные законодательные акты» был существенно изменен порядок привлечения к ответственности за нарушения законодательства о налогах и сборах, содержащие признаки преступления. В соответствии с новой редакцией п.3 ст.32, п.3 ст.108, п.15.1 ст.101 НК РФ налоговый орган при обнаружении признаков преступления может направить материалы налоговой проверки в следственные органы. Те, в свою очередь, могут принять решение о возбуждении уголовного дела только после привлечения недобросовестного налогоплательщика к налоговой ответственности.

Однако ничего не мешает налогоплательщику уже после возбуждения уголовного дела обжаловать решение о привлечении его к ответственности в порядке п.2 ст.101.2 НК РФ, и в результате возникает ситуация, при которой одно и то же событие налогового преступления становится предметом исследования и правовой оценки параллельно в двух различных процессах – уголовном и арбитражном. Мало того, уже в ходе предварительного следствия или даже на стадии судебного разбирательства по уголовному делу решение налогового органа может быть признано недействительным, что создает из-за действующего режима преюдиции практически непреодолимые препятствия для продолжения уголовного судопроизводства и привлечения лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности.

Коллизия норм материального и процессуального права

Тот же закон дополнил УПК РФ ст.28.1, предусматривающей возможность прекращения уголовного дела в случае возмещения налогоплательщиком суммы недоимки по налогам, а также пеней и штрафа. И здесь создана прямая коллизия норм материального и процессуального права. В этой новой статье УПК говорится, что сумма недоимки должна быть установлена именно решением налогового органа. Между тем в соответствии с прим.2 к ст.198 и ст.199 УК РФ и недоимка, и пени, и штрафы исчисляются в соответствии с НК РФ, а значит их суммы могут быть установлены не только решением налогового органа, но и заключением эксперта. И если исходить из приоритета ст.28.1 УПК РФ (а это так, поскольку она устанавливает дополнительные гарантии прав обвиняемого), то признание решения налогового органа недействительным создает препятствие для вынесения приговора. В этом случае право на прекращение уголовного преследования при возмещении ущерба рассматривается в качестве одного из элементов права обвиняемого на защиту, а если оно не обеспечено, то возникает основание для отмены приговора.

Есть и еще несколько моментов, которые крайне осложняют возможность привлечения к ответственности за совершение налоговых преступлений. Например, решение налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения может быть признано судом недействительным по чисто формальным процессуальным основаниям, хотя бы из-за того, что лицу, в отношении которого проводилась проверка, не была предоставлена возможность лично или через представителя участвовать в рассмотрении ее материалов. Кроме того, на практике возникают ситуации, при которых преступность деяния образуют действия, совершавшиеся не весь проверяемый налоговым органом период времени и не по всем налогам, отраженным в решении о привлечении к ответственности.

Проблема исчисления недоимки

Отдельный вопрос — это определение суммы недоимки. Определить ее исключительно на основании решения налогового органа о привлечении к ответственности с учетом всех указанных выше обстоятельств во многих случаях просто невозможно. К тому же зачастую сумма недоимки, отраженная у налоговиков, корректируется экспертом, заключение которого составляется с учетом обстоятельств уголовного дела, не установленых во время налоговой проверки.

Кроме того, правило о возможности установления суммы недоимки (а это обстоятельство, входящее в предмет доказывания) исключительно в решении налогового органа противоречит и общим началам уголовного судопроизводства. Ведь в соответствии с принципом свободы оценки доказательств, следователь, суд и другие публично-правовые участники уголовного судопроизводства оценивают собранные доказательства в совокупности, и никакое из них не может иметь заранее установленной силы (ч.2 ст.17 УПК РФ).

И вдобавок ко всему — нарушение Конституции

Предусмотренная п.15.1 ст.101 НК РФ процедура, по которой налоговый орган, установив в действиях налогоплательщика-физлица признаки преступления, с одной стороны, принимает решение о его привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и взыскивает неуплаченное с пеней и штрафом, а с другой — подает материалы для возбуждения уголовного дела, противоречит Конституции РФ. Привлечение лица к налоговой ответственности (как правило, по ст. 122 НК РФ) за совершение им преступления, противоречит конституционному принципу недопустимости повторной ответственности за одно и то же противоправное деяние, даже несмотря на то, что исполнение решения о денежных взысканиях приостанавливается.

Конституционный Суд, давая оценку подобной ситуации, в определении от 01.12.2009 № 1488-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лосева Павла Валерьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 198 УК РФ» констатировал следующее: «По смыслу приведенных взаимосвязанных положений уголовного и налогового законодательства привлечение физического лица к ответственности за налоговое правонарушение возможно только в том случае, если совершенное им деяние не содержит признаков преступления». «Исключается привлечение физического лица к ответственности дважды за одно и то же правонарушение и тем более не предполагается повторное осуждение за одно и то же преступление», — сделал вывод КС.

Как быть?

ФЗ-383 создает правовую конструкцию, которая не имеет аналогов ни в российском законодательстве, ни, пожалуй, в национальных правопорядках других стран мира. Эта конструкция предполагает прямое столкновение двух разных форм отправления правосудия при привлечении лица к уголовной ответственности за налоговые преступления и, обуславливая уголовное судопроизводство решением налогового органа, она препятствует отправлению справедливого правосудия.

Между тем, до принятия этого закона долгие годы существовала вполне адекватная процедура, по которой налоговый орган в случае обнаружения признаков преступления, направлял материалы в следственные органы, не принимая решения о привлечении налогоплательщика к ответственности. Поэтому отсутствовали и основания для обжалования решения налогового органа в суд, и, следовательно, условия для начала арбитражного процесса, параллельного уголовному. Теперь ее следует воссоздать в несколько измененном виде. Можно обязать налоговиков в случае выявления нарушений законодательства о налогах и сборах, содержащего признаки преступления, незамедлительно направлять материалы оперативникам или следователям, а налоговая проверка должна приостанавливаться без принятия решения о привлечении правонарушителя к ответственности. А уже после того, как в процессе уголовного судопроизводства будет принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, то ее можно будет возобновить. И только у следственных органов должно быть право отказываться от уголовного преследования лица, возместившего ущерб, причиненный налоговым преступлением.

Георгий Смирнов, к.ю.н., майор юстиции, старший инспектор СКР

http://pravo.ru

 

Как не стать легкой добычей оперов, следователей, прокуроров и судей

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Столкновение норм уголовного и арбитражного процессов: 3 комментария


  1. Гр. Смирнов очень смутно представляет себе реальную ситуацию в налоговых органах. Конкретный пример. Предприятие получило требование на уплату недоимок, пеней и штрафов. Бухгалтер потребовала провести сверку расчетов и показала, на самом деле у них переплата. Мытари дали бланк акта сверки. Там отражены и переплаты и недоимки по одним и тем же видам налогов. То есть недоимки искусственно созданы мытарями. Предприятие потребовало расшифровки переплаты и недоимок и невыясненных платежей. Когда и где. Для одного, чтобы сформулировать кокретное требование, когда и какие поручения нужно перекинуть в учете. В ответ от мытарей постановление о взыскании за счет имущества налогоплательщика и направление его судебному приставу-исполнителю. Инкассовое поручение в банк мытари не направляют. Конечно, сейчас обжаловали в Арбитражный суд. Предположим, мытари гонят материалы в следственные органы. Вы думаете, следователь будет разбираться и изобличать мытарей? Разбежались они! Начнут шить дело. Я бы посоветовал гр. Смирнову сначала глубоко изучить состояние учета в налоговых органах, оценить степень их произвола трудовой деградации. С московскими мытарями разговаривать невозможно. Они ничего не хотят делать, слушать и читать. И только потом гр. Смирнов может делать широкие обобщения. Мои замечания в первую очередь относятся к московским мытарям. В провинции, как я неоднократно убедился, дела обстоят несравненно лучше. Я как-то даже в разговоре с московскими мытарями, взбешенный их непроходимой тупостью и нежеланием работать, порекомендовал поехать в глубокую провинцию и там поучиться постановке учета. Я перед этим как раз был в городке полудеревенского типа. Там налоговый инспектор держит корову, огород. При этом учет налоговых платежей у нее идеальный. Вот я и посоветовал налогововым начальникам поехать поучиться у доярок. Московский арбитражный суд явно не самый лучший суд в стране. Но даже он в подавляющем большинстве разрешает дела в пользу налогоплательщиков. Гр. Смирнов жаждет решать за арбитражный суд. Согласись с ним и у нас резко подскочит количество осужденных за мнимые налоговые преступления. Реальные сроки получат немногие. А бюджет явно урвет много. Вместе с бюджетом следователи получат немеряный источник пополнения карманов. Соцсобственность разворовали уже всю. Остались граждане. Среди них есть предприниматели. Вот где источник пополнения карманов следователей и уголовных судей. С убийц и педофилов много не возьмешь. А с граждан можно.


  2. Леш, слишком специфично… мне, например, юристу с 20+ стажем — лень разбираться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.