Угоны автомобилей

Ежедневно в Москве угоняют до 100 автомобилей и находят около 20 угнанных ранее. 20 из 100 — казалось бы, неплохо, однако реальная раскрываемость преступлений, связанных с угонами, существенно меньше. Более того, за последние несколько лет количество похищаемых машин возросло как минимум в два раза, а профильный рынок (во всяком случае, столичный) стал хорошо структурированным, устоявшимся — с годовым оборотом, по оценкам экспертов, примерно в $150 млн. И это, подчеркнем, только в Москве. Сотрудник ГИБДД, пожелавший остаться неназванным, рассказал спецкорреспонденту Алексею Ходорычу об особенностях этой доходной сферы криминальной индустрии.

— Каков, по вашим подсчетам, оборот угонного рынка?

— Из 80 автомобилей, угоняемых ежедневно, 40 — иномарки. Из них около 20 — сверхдорогие, которые продаются, по грубой оценке, за $20 тыс., — получаем $400 тыс. Еще 15 — средний класс, эти идут по $7-8 тыс.— будем считать, еще $110 тыс. Ну и пяток иномарок ниже среднего уровня, их продают по $2-3 тыс.— плюс $12 тыс.

Из 40 российских 70%, то есть 28 автомобилей, — практически новые «десятки» и «девятки», их «толкают» в среднем по $1,5 тыс. — итого $42 тыс. Еще шесть — это трех-четырехлетки, они уходят по $600-700, прибавляем еще $4 тыс. Остальные шесть угоняют, чтобы просто покататься. Можете сами посчитать — только по первой категории в год получается около $150 млн, а всего — более $170 млн . И это — только цена исполнителей, то есть без учета интереса автосалонов и барыг, через которых проходит часть этих машин, — в этом случае цена возрастает примерно в два раза. Но большая часть сверхдорогих автомобилей продается напрямую.

— Кто является заказчиком?

— Да кто угодно, но очень часто те, у кого автомобиль уже угнали. Автомобиль — точно такой же, какой был угнан, — чудесным образом находится под документы, которые остаются у того, кто автомобиля лишился. Человек платит за угнанный для него автомобиль значительно меньше, чем он стоит, — и доволен. Например, BMW X5, который стоит $90 тыс., можно получить за $15 тыс., «Мерседес» с 220-м кузовом, стоящий $150 тыс., — за $25 тыс., «Ауди А8» за $130 тыс. обойдется в $20-25 тыс. Естественно, в такой ситуации ни о какой реальной работе по розыску угнанного автомобиля речи не идет — ведь если пропажа найдется, придется давать неприятные объяснения. То есть этот рынок сам себя поддерживает. А поскольку автомобилей становится все больше, все больше и угоняют.

— А как же волшебные противоугонные средства — автосигнализации, иммобилайзеры, оборудование для спутникового слежения?

— Любой автомобиль можно угнать — это банальность, абсолютно соответствующая действительности. Любую противоугонную систему можно взломать или нейтрализовать. Я знаю, что совсем недавно в Германию на спор вывозили специалиста, который буквально за 15 минут вывел из строя иммобилайзер «Ауди А8», — немцы только тогда поверили, что для российских жуликов нет ничего невозможного. Простые системы вообще ломаются на раз. Например, однокнопочные «пищалки». Вы выходите, ставите автомобиль на «сигналку», но она почему-то не срабатывает. Вы думаете, что слабо нажали кнопку или, может, села батарейка, нажимаете еще раз — вроде все в порядке. Возвращаетесь — машины нет. Все просто: в момент первого нажатия код перехватил граббер, в момент второго он подменяет код, так как у сигнализации он динамический (комплекс оборудования на Митинском радиорынке стоит $2-5 тыс.). Примерно такая же схема действует и при использовании двухкнопочных «пищалок». Уходя, вы нажимаете на кнопку постановки на охрану — но она не срабатывает. Вы думаете опять же, что села батарейка, истерически жмете на вторую кнопку, тем самым снимая сигнализацию с охраны, — в этот момент и происходит подмена кода. Механические средства типа «Мультилока» на коробке передач достаточно эффективны — но для хорошего «ремонтника» здесь дела на 10-15 минут. А в принципе любую хитрую систему можно обойти путем банального выкидывания водителя из автомобиля.

— А если на автомобиле установлена система радио- или спутникового слежения?

— «Лоуджек» глушится специальным приборчиком, сигнал просто пропадает, и диспетчер может лишь определить место, где эта штука сработала. Если же на автомобиле стоит спутниковая система «Цезарь» или система, работающая через оператора мобильной связи, машина просто загоняется в спецфургон, поглощающий любые излучения, отъезжает в отстойник и далее перебирается по винтику — пока система не будет нейтрализована. Кстати, именно поэтому из дорогих иномарок, на которые такие системы установлены, владельца выкидывают не сразу. Автомобиль перегоняется за город вместе с владельцем, загоняют в упомянутый фургон и только потом избавляются от хозяина. Если вести себя спокойно, не угрожать своими связями, просто оставят за городом. В противном случае могут и убить.

— Но это если злоумышленник знает, что автомобиль оборудован системой слежения. А если не знает? Тогда поиск упрощается?

— Все изготовители подобных систем предупреждают, что обозначать их наличие в машине категорически не рекомендуется. Но это, конечно, не помогает. Угон дорогой машины — это целое мероприятие, к которому готовятся заблаговременно. Кстати, в угонах тоже есть своя специализация.

— Например?

— Все эти группировки давно всем известны. В центре Москвы орудует банда угонщиков во главе с неким чеченцем Султаном — верхушка этой группировки обычно тусуется в районе «Националя». Они специализируются на не очень дорогих автомобилях, иномарках среднего класса, которые вряд ли оборудованы системой спутникового слежения вроде «Сателлита». Человека из автомобиля просто выкидывают — днем, в центре Москвы, угрожая ножом или пистолетом. Престижный район Крылатское обслуживает банда Медведя. Они тоже могут выкидывать, как люди Султана, при этом они часто практикуют укол психотропного средства — человек после укола на какое-то время просто отключается. Но вообще их специализация — высокотехнологичный угон дорогих иномарок, в том числе с использованием экранирующих сигнал фургонов. С помощью сканера, граббера подбирается код доступа, причем от уровня противоугонной системы успех не зависит — могут угнать все что угодно. Если вашу машину «заказали», ее уже ничто не спасет.

На юго-западе Москвы, реже — в центре высокотехнологичными угонами занимается банда во главе с «авторитетами» Сухим (Федоров) и Ежом (Руденко). Банды Султана и Сухого занимаются исключительно угонами и перепродают «сырые» машины, банда Медведя делает и «перебивку», и «учет», используя свои связи для легализации. В специальных мастерских автомобиль перебирают от и до — избавляются от идентификационных номеров VIN, а также от систем слежения, если таковые имеются. Затем идет процесс подготовки автомобиля для продажи — перебивают VIN и легализуют (на их жаргоне это называется «ремонт») или автомобиль пускают на запчасти. Доказать причастность этих людей к угонам довольно трудно, таких банд в Москве несколько десятков.

— Какие машины чаще всего угоняют для «ремонта», а какие идут на запчасти?

— Все по-разному, могут угнать любой автомобиль, даже которого нет в списках самых угоняемых. Но, как правило, «Мерседесы» в 140-м и 129-м кузове, «Лендкрузеры 80», «Мицубиси Паджеро» до 96-го года угоняют на запчасти, а новые «Мерседесы» в 220-м, 215-м, 230-м кузове, «Лендкрузеры 100», «Гелендевагены» свежих годов «ремонтируют».

— Каким образом проходит «ремонт», легализация угнанных авто?

— Об одном из самых популярных способов я уже рассказал. Автомобиль угоняют под паспорт технического средства (ПТС), выданный либо на машину, которая уже угнана у заказчика, либо на сгоревшую, побывавшую в серьезной аварии и так далее — в этом случае всегда можно рассказать потом сказочку, что идентификационных номеров нет, потому что автомобиль практически с нуля восстановлен.

Другой способ связан с постановкой автомобиля на учет в одном из удаленных от Москвы регионов. Раньше это была Чечня, сейчас — Тверь и Ингушетия. Ингушетия — шестой регион — самый популярный сейчас вариант. Там выписывается документ, что ПТС, выданный ранее, утерян, хотя на самом деле его никогда не существовало, далее машина в Москве получает новый ПТС и ставится на учет. В 1-м ОТОРе, конечно, иногда пытаются дозвониться в Ингушетию, чтобы проверить факт выдачи первого ПТС, но это всегда бесполезно — к телефону никто не подходит, или подходят, но не те, или телефон занят, или связи вообще нет. Время от времени, для подстраховки, документы в Ингушетии «сгорают», «похищаются» и так далее — чтобы обезопасить тамошних милиционеров от проверки. В итоге распутать этот клубок становится практически невозможно. Впрочем, как правило, и звонить никто не пытается. При предыдущем начальнике отдела регистрации и учета в том же 1-м ОТОРе потоком ставили на учет «перебитые» авто без всяких там отправлений на дополнительную экспертизу.

Еще один способ легализации связан с постановкой автомобиля на баланс 8-го главного управления по охране режимных объектов МВД России. Это фактически государство в государстве. Автомобиль просто записывается на эту организацию или на ее сотрудника, и потом никто ничего никогда проверить не сможет — это связано с закрытостью данного подразделения. В свое время широко практиковалась схема с использованием ПТС 27-го региона (Хабаровск). Эти ПТС были украдены в огромном количестве, используются они и по сей день: цифра «2» профессионально переправляется на «7» — так, что заметить это очень сложно. В итоге автомобиль с ПТС 77-го региона ставится на учет в Москве. Но основная схема — все-таки ингушская.

— Неужели нет возможности разрушить эту схему? Например, можно сверить данные якобы утерянного ПТС с базой данных автомобилей, которые выходят с заводов.

— Единой базы данных автомобилей, которые выходят с заводов, в ГИБДД нет. Наверное, ее можно было бы сделать, но это никому не нужно. Кстати, отсутствие такой базы позволяет химичить уже самим производителям. Например, я знаю, что на АвтоВАЗе долгое время применялась такая схема — а может, применяется и сейчас. Выпускается автомобиль с VIN, который должны были присвоить автомобилю, выпущенному через три-четыре месяца, и продается в какой-нибудь Челябинск без уплаты всех налогов. Потом выпускается машина с тем же VIN, которая продается уже легально. В принципе в Москве существовал отдельный батальон ГИБДД ГУВД — в Косине, который вроде как пытался пробивать остановленные для досмотра автомобили по базам данных заводов-изготовителей. Но на поверку «косинцы» — их можно было узнать по ноутбукам в машинах — просто зарабатывали деньги, их поэтому и расформировали.

— Поясните.

— Водителей зачастую обманывали, внушая им, что хоть машина и не в розыске, но серия ПТС переправлена, — просто вымогались деньги, $200-1000. В общем, даже если все было в абсолютном порядке, без уплаты денег уехать было невозможно. Если же выявлялись реальные нарушения, откупные увеличивались. Все таксы были известны. Если машина числится в розыске за таможней и Интерполом — $1-2 тыс., если перебит VIN — $5 тыс. Что показательно, батальон этот находился практически на самообеспечении: «Форды» с форсированными двигателями, компьютеры и другая аппаратура по последнему слову техники.

— Ну хорошо. А почему другие инспекторы ГИБДД не проверяют VIN на предмет перебивки?

— Именно потому, что физически невозможно просмотреть все машины. Да и потом, обычный инспектор ГИБДД не знаком с методами определения подделки VIN. Для этого иногда проходят рейды вместе с сотрудниками экспертно-криминалистического центра МВД России.

— Каким образом потом продаются краденые автомобили? Я имею в виду не угнанные под заказ, а те, что продаются через посредников, занимающихся скупкой краденого.

— Контор, которые продают подобные автомобили в Москве, около 200. Но монополистом является некий господин Гажаев — я специально изменил фамилию, так как суд его не осудил, но о его деятельности всем известно, настоящая фамилия созвучна с указанной. Названия его фирм постоянно меняются, он контролирует примерно 90% этого рынка. У этого господина есть высокое прикрытие в ГУ ГИБДД, Службе криминальной милиции МВД России, Центральной оперативной таможне, поэтому его не трогают.

— Есть ли возможность вернуть украденный автомобиль?

— Есть, если автомобиль задержан по горячим следам. Но здесь криминальные группы тоже прикрыты. Перегон угнанного автомобиля в пределах Москвы с помощью сотрудника ГИБДД стоит $500-1000. После того как автомобиль побывал в автомастерской, выявить его уже практически невозможно.

— Однако сегодня можно найти объявления людей, частных детективов, которые предлагают услуги по поиску и возврату угнанных машин.

— Как правило, это мошенники. Так, лжедетектив, узнав у вас об особых приметах машины и убедившись в вашем «лоховстве», может угнать аналогичную и нанести на нее эти приметы. Кто-то потом догадывается, что это не его автомобиль, но уже поздно.

Найти машину, как я уже сказал, очень сложно. Но даже если она найдена, вернуть ее практически невозможно. Для примера — история, которая недавно произошла с моим товарищем. Его подкараулили около загородного дома и, угрожая пистолетом, попросту отняли «Мерседес» С-класса красного цвета. Месяц спустя он совершенно случайно увидел его в Лобне. Товарищ тут же позвонил мне, машину мы арестовали, дальше он обратился в прокуратуру, а потом и в суд. Женщина, новый владелец машины, предъявила следствию и суду документы на точно такой же «Мерседес», но белого цвета и рассказала историю, что, дескать, ее автомобиль попал в очень серьезную аварию и сгорел. А в автосервисе сгоревшую машину начинили новыми запчастями и покрасили в красный цвет, хотя было очевидно, что она не перекрашивалась. Эксперты изучили спорный автомобиль вдоль и поперек — но VIN, сообщенный моим приятелем, нашли только на коробке передач и автомагнитоле, все остальные были уничтожены. Приятель предъявил суду особые приметы своей машины — повреждения, царапины, о которых знал только он, но в итоге суд постановил вернуть ему только коробку передач и магнитолу! История, рассказанная женщиной, разумеется, была шита белыми нитками, но автомобиль вернуть так и не удалось. Нет стопроцентных доказательств, что машина твоя, — значит, она уже не твоя, такова судебная практика.

— Но ведь существуют же «невидимые чернила» и прочие средства, которые позволяют идентифицировать угнанный автомобиль?

— Ну да, иногда помогает, но вообще идеальная защита от угона — это страховка.

 

Алексей Ходорыч

 

Прослушать Аудио Курс (МР-3)
и получить книгу бесплатно

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.