Подстрекательство и пособничество адвоката в фальсификации доказательств

Общая уголовно-правовая характеристика преступной фальсификации доказательств была дана в гл. 4.2.6. Там же дана и характеристика этого преступления в случаях его совершения одним из специальных субъектов, предусмотренных ч. 2 ст. 303 УК РФ — защитником.

Однако ни для кого не секрет, что наиболее распространена в практике фальсификация «немых» доказательств другими специальными субъектами, упомянутыми в ч. 2 ст. 303 УК РФ. Это следователи, прокуроры и лица, производящие дознание. Именно в их распоряжении находятся материалы уголовного дела, они принимают по нему правовые решения, собирают большую часть доказательств и обладают процессуальными полномочиями по их проверке и оценке. По этим и ряду других причин именно у представителей стороны обвинения и возникает чаще всего соблазн совершить фальсификацию имеющихся в их распоряжении доказательств.

Мы не ставим в рамках этой работы задачу исследовать собственно эти преступления. Нас они интересуют лишь постольку, поскольку они могут быть совершены, и в практике действительно часто совершаются, в соучастии с адвокатами.

Чаще всего соучастие в фальсификации адвокаты совершают в форме подстрекательства. «Контактные» и «коррумпированные» адвокаты, действуя в интересах своего клиента, пользуясь доверительными отношениями со следователем, дознавателем, путем уговора, подкупа и иными способами склоняют их к следующим действиям:

— Полная или частичная подделка, фабрикация доказательств защиты, прежде всего протоколов и иных документов. Полностью подделываются протоколы допросов вымышленных свидетелей (потерпевших, специалистов) или реально существующих, но не дававших соответствующие показания. Совершается и частичная подделка, когда в имеющийся протокол вносятся исправления, искажающие смысл показаний.

Например, по уголовным делам о дорожно-транспортных происшествиях (ст. 264 УК РФ) недобросовестные адвокаты, имеющие опыт по делам этой категории, с ведома должностных лиц, до назначения автотехнической экспертизы получают доступ к протоколу осмотра места происшествия (или административного протокола и вносят в схему места ДТП исправления, которые полностью искажают картину аварии, создают препятствия в установлении виновного.

— Подмена, дублирование объектов. Так, по делу о незаконном хранении огнестрельного оружия недобросовестный адвокат до назначения криминалистической экспертизы, изъятого у его подзащитного револьвера в сговоре со следователем заменил исправное, годное к применению оружие на старое, в неисправном состоянии, без спускового механизма. Одновременно был полностью переделан протокол обыска, в ходе которого был изъят револьвер. В тексте заменили описание оружия, чтобы нельзя было выявить подмену. В протоколе были подделаны и подписи понятых, после чего сам следователь расписался задним числом.

— Внесение изменений в документ, протокол, изменения в вещественных доказательствах с целью придания им свойств, которые повлекут признание их недопустимыми доказательствами. Так, по делу о вымогательстве взятки оперуполномоченным уголовного розыска взяткодатель обратился в прокуратуру с заявлением. В качестве доказательства он представил аудиокассету с записью, которая была произведена скрытым способом (на миниатюрный диктофон). На записи были фрагменты беседы заявителя с оперативником, из которых было ясно, что последний действительно вымогает взятку. После возбуждения уголовного дела, осмотра и прослушивания кассеты, вступивший в дело адвокат в сговоре со следователем взял на время вещественное доказательство — аудиокассету и с помощью знакомого инженера звукозаписи произвел монтаж и перезапись имеющихся на кассете фрагментов, не уничтожая записанный разговор. Затем вернул кассету обратно следователю. Через несколько дней адвокат заявил ходатайство о проведении фоноскопической экспертизы (диагностического типа), на разрешение которой ходатайствовал о постановке вопроса: не является ли записанная фонограмма результатом монтажа («склейка» фрагментов различных фонограмм и перезапись). Разумеется, экспертиза на этот вопрос дала положительный ответ. Аудиокассета с записью была признана недопустимым доказательством, уголовное преследование в отношении оперуполномоченного было прекращено за недоказанностью его вины (ч. 2 ст. 208 УПК РСФСР).

Адвокаты принимают участие в фальсификации доказательств и в форме пособничества. Вновь речь идет об инициативе следователей и других должностных лиц стороны обвинения, имеющей цель, как правило, создать фиктивные доказательства обвинения. Хотя, конечно, бывают и случаи, когда следователи втягивают адвокатов и в фальсификацию доказательств защиты.

В любом случае речь идет о таких доказательствах, которые были получены или должны быть получены с участием защитника. Как известно, единственно необходимым фактом, свидетельствующим об участии адвоката в следственном действии, является его личная подпись на последней странице протокола. Собственно по поводу этой подписи и совершается большинство такого рода преступлений.

Чаще всего их совершают «коррумпированные» защитники, а также «неоплаченные». Вот типичный пример: По делу о неочевидном убийстве мужчины его жена была задержана по подозрению в этом преступлении. В тот же день поздно вечером в результате беседы с оперуполномоченным женщина, находясь в состоянии глубокой депрессии, призналась в убийстве мужа. Понимая, что, скорее всего в ближайшее же время, может уже завтра, она откажется от этих показаний, следователь принял решение допросить ее в ночное время18 и без адвоката. При этом в протоколе он не поставил время допроса.

На следующий день подозреваемая действительно отказалась от признательных показаний, сославшись на помутнение рассудка. Тогда следователь внес в протокол заведомо ложные данные о времени допроса (с 20.00 до 22.00, то есть не в ночное время) и попросил своего знакомого адвоката поставить подпись на протоколе. Как видим, в результате этой фальсификации показания подозреваемой формально приобрели статус допустимого доказательства.

Следует отметить, что в целом следователи довольно часто допускают действия, которые при определенных условиях можно квалифицировать как фальсификацию. Очень часто проставляются задним числом дата и время проведения следственных действий, данные о понятых, якобы участвовавших в них, «собираются» вовремя не учиненные подписи участников следственных действий и т.п. Соучастниками таких нарушений закона, которые далеко не всегда бывают безобидными, очень часто становятся «контактные» адвокаты. Они идут на поводу у недобросовестных, недисциплинированных следователей и своей подписью придают сфальсифицированным документам видимость допустимости.

Очень часто на подобные нарушения идут «неоплаченные» адвокаты. Недобросовестная их часть, не желая участвовать в следственных действиях с клиентами по назначению, договаривается со следователем о том, что тот будет проводить часть следственных действий без него, а потом, в ходе ознакомления с материалами дела в порядке ст. 217 УПК РФ защитник подпишет все необходимые документы задним числом. Редко, но бывают и такие случаи, когда защитник по назначению вообще впервые видит своего клиента только на суде, притом, что на всех протоколах следственных действий с участием его подзащитного стоит его, адвоката, подпись.

Ю. П. Гармаев

http://kalinovsky-k.narod.ru/b/garm2005/04-2.htm

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.